Уголь и энергетический переход: что это значит для инвесторов

Индонезия является крупнейшим в мире экспортёром энергетического угля, а уголь по-прежнему даёт большую часть её электроэнергии. Политика внутри страны и за рубежом нацелена на сокращение его использования в ближайшие десятилетия, а промышленность, прежде всего плавильные заводы, создала новый спрос.

Ничто из этого не говорит о том, сколько будет стоить уголь в конкретном году. Но всё это определяет, как долго угольный актив сможет продавать свою продукцию, кому и по каким правилам.

Национальный энергетический план

PLN, государственная электроэнергетическая компания, строит мощности и закупает электроэнергию по десятилетнему бизнес-плану электроснабжения (Rencana Usaha Penyediaan Tenaga Listrik, RUPTL), который утверждает Министерство энергетики и минеральных ресурсов. Действующий план охватывает период с 2025 по 2034 год и был представлен 26 мая 2025 года. Большая часть новых мощностей в нём приходится на возобновляемую генерацию и накопители энергии, но угольные станции он тоже добавляет.

Новые угольные станции регулирует Постановление президента № 112 от 2022 года, подписанное 13 сентября 2022 года: оно запрещает их с двумя исключениями. Первое: станции, уже включённые в RUPTL до вступления постановления в силу. Второе: станции, связанные с промышленностью, которая увеличивает добавленную стоимость природных ресурсов, или с национальными стратегическими проектами. Их владельцы должны взять на себя обязательство снизить выбросы парниковых газов не менее чем на 35% за 10 лет после запуска по сравнению со средним уровнем индонезийских угольных станций в 2021 году, а сами станции могут работать не позднее 2050 года.

Второе исключение охватывает станции для собственных нужд промышленности (captive), которые строят внутри индустриальных парков и которые в основном обслуживают никелевые плавильные заводы на Сулавеси и в Северном Малуку. Они находятся вне плана PLN. Исследование, опубликованное 17 декабря 2025 года секретариатом Партнёрства для справедливого энергетического перехода (Just Energy Transition Partnership, JETP), показало, что на такую генерацию приходится почти четверть установленной электрической мощности Индонезии и что она в значительной мере зависит от угля. Эти станции сжигают индонезийский уголь, поэтому для разреза на Калимантане они входят во внутренний рынок наравне с PLN.

В 2025 году на внутренних покупателей пришлось 254 млн тонн угля, а на экспорт 514 млн тонн из общей добычи в 790 млн тонн, по данным министра энергетики от 8 января 2026 года. Часть продаж каждого разреза должна идти внутренним покупателям, причём электростанциям по ограниченной цене, как объясняет статья об обязательстве по поставкам на внутренний рынок.

Досрочное закрытие станций и JETP

То же постановление требует от министерства энергетики подготовить дорожную карту досрочного прекращения работы угольных станций и позволяет PLN выводить из эксплуатации собственные станции или досрочно прекращать договоры на закупку электроэнергии у частных станций. Среди перечисленных критериев: мощность станции, возраст, загрузка, выбросы и экономическая ценность, а также наличие финансирования и технологий в Индонезии или за рубежом.

Труднее всего с деньгами. JETP запустили на саммите G20 на Бали 15 ноября 2022 года с первоначальным обязательством в 20 млрд долларов США. Из них 10 млрд долларов США пообещала группа правительств под совместным руководством Японии и США, и ещё столько же ожидалось от частных источников финансирования. США вышли из партнёрства в марте 2025 года. Азиатский банк развития в ноябре 2022 года начал переговоры о досрочном закрытии частной угольной станции в Чиребоне (Западная Ява). Закрытие станции до окончания контракта означает компенсацию её владельцам и кредиторам и замену её мощности, а кто за это заплатит, остаётся главным предметом споров.

На саммите G20 в ноябре 2024 года президент Прабово Субианто заявил, что Индонезия планирует в течение 15 лет поэтапно отказаться от угольных и других электростанций на ископаемом топливе. Энергетический план, опубликованный через шесть месяцев, по-прежнему добавляет угольные станции. Национальная цель: нулевые чистые выбросы к 2060 году.

Экспортный спрос из Китая и Индии

На экспорт в 2025 году ушло около двух третей добычи Индонезии, и крупнейшие её покупатели: Китай и Индия. Обе страны сами добывают много угля и импортируют недостающее, поэтому их закупки меняются вместе с собственной добычей, осадками для гидроэнергетики, уровнем запасов и ценой угля у других поставщиков. Обе наращивают возобновляемые мощности, но продолжают строить угольные станции. Китай намерен выйти на пик выбросов углерода до 2030 года и достичь углеродной нейтральности до 2060 года, а Индия поставила цель достичь нулевых чистых выбросов к 2070 году.

Объёмы определяет и политика Индонезии. План работ и бюджет (RKAB), который нужен каждому разрезу, снова утверждается на один год по Постановлению министра энергетики и минеральных ресурсов № 17 от 2025 года, а национальный план на 2026 год составляет около 600 млн тонн, причём многим владельцам лицензий квоты сильно урезали. По Постановлению правительства № 24 от 2026 года экспортёры угля по-прежнему продают его покупателям напрямую, но с 1 июня 2026 года сообщают об этих продажах государственной экспортной компании PT Danantara Sumberdaya Indonesia. С 1 января 2027 года она должна стать единственным экспортёром, что 5 октября 2026 года подтвердил координирующий министр по экономике.

Банки, страховщики и покупатели

Многие международные банки и страховщики ограничивают вложения в энергетический уголь. Их политика обычно исключает финансирование или страхование новых разрезов по добыче энергетического угля, а также компаний, которые получают от угля больше установленной доли выручки. Каждое учреждение устанавливает собственную политику и время от времени её пересматривает.

Для покупателя это выражается в том, что меньше кредиторов готовы рассматривать сделку, сроки кредитов короче, затраты выше, а выбор страховщиков для техники, барж и терминалов уже. Индонезийские банки, в том числе государственные, по-прежнему кредитуют угольную отрасль, а многие сделки опираются также на собственный капитал или на технику, которую финансируют через горных подрядчиков. Некоторые экспортные покупатели тоже проверяют поставщиков и до подписания спрашивают о рекультивации, земельных конфликтах и выбросах.

Как определить горизонт

Лицензия на добычу угля действует до 20 лет, с двумя продлениями по 10 лет, которые гарантируются при выполнении требований. Для большинства инвестиций полезный горизонт короче: это тот период, на котором вам видны покупатели, утверждённые объёмы и правила, действующие для тех и других.

• Стройте расчёт на объёмах, которые разрез может продать по имеющимся сейчас контрактам и утверждениям, и проверяйте его на более низких объёмах и ценах.
• Спрашивайте, куда идёт уголь и по какому контракту: PLN, станция для собственных нужд промышленности, другая отечественная промышленность или экспорт. У каждого варианта свои правила цены и свои риски.
• Соотносите срок окупаемости с тем, как далеко вы видите вперёд. План, которому нужно 15 лет стабильных продаж, зависит от большего числа политических решений, чем план, окупающийся за 5 лет.
• Закладывайте в цену окончание добычи с самого начала. Затраты на рекультивацию и закрытие наступают независимо от рынка, как объясняют статьи о рекультивации и закрытии рудников и об остаточных выемках и общинах.
• Спрашивайте кредиторов и страховщиков об их угольной политике заранее, пока сделка от неё не зависит.